Задать вопрос



Заказать звонок


Если Вы оставили заявку на заказ звонка после 18:00, наши менеджеры свяжутся с Вами до 12:00 следующего рабочего дня.


Запись на прием



Уточнить цену



Написать руководству



Оставить предложение



Написать отзыв



Услуги для физических лиц

Услуги для юридических лиц

Если Вам необходимо решить какую-то юридическую проблему, то Вы можете отправить заявку прямо с нашего сайта и наш юрист обязательно перезвонит Вам в удобное для вас время
Если у Вас есть какой-то вопрос, касающийся юридических аспектов, то Вы всегда можете задать его нашему специалисту
Вы можете отправить любые предложения по работе сайта, адвокатов, времени работы офиса, мы всегда готовы их рассмотреть

Маленький, но суровый Уголовный кодекс

В последнее время мы видим, как часто в действующее уголовное законодательство вносятся изменения, и, судя по последним действиям депутатов Госдумы, грядет череда новых, целью которых будет очередная либерализация уголовной политики в сфере экономики. Однако проблема гораздо шире. К действующему Уголовному кодексу много претензий, да и сложившаяся правоприменительная практика вызывает много вопросов. В среде юристов спорят о том, какой же УК нам нужен — маленький, но суровый или обширный и более либеральный. Думается, что необходим УК, отвечающий сложившимся реалиям, такой, в котором наказание будет адекватно содеянному.

Уголовным законодательством должны быть защищены наиболее важные сферы общественных отношений. Сегодня же мы можем наблюдать, что в УК много так называемых мертвых, неработающих норм. Статей, по которым с 1996 года (дата вступления в силу УК) не было возбуждено практически ни одного уголовного дела, а возбужденные были впоследствии прекращены. Много норм, явно требующих исключения из УК (например, ст. 171) и перевода их в сферу применения административного законодательства.

Достаточно широкий круг вопросов вызывают и такие популярные у наших правоприменителей нормы, как, например, мошенничество. Согласно диспозиции ст. 159 УК, мошенничеством является хищение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием. В чем же разница между обманом и злоупотреблением доверием, ученые спорят до сих пор. Надо сказать, что мнения спорящих сторон одинаково убедительны.

Но это в теории. На практике грань между гражданско-правовыми отношениями и мошенничеством настолько тонкая, что даже пленум Верховного суда не смог дать однозначную оценку основаниям отграничения одних действий от других. Вполне возможно, результатом изложенных проблем и стали президентские поправки, ограничивающие возможности ареста предпринимателей на стадии предварительного расследования. Оно и понятно, в правоотношениях черт ногу сломит, а человек год под стражей сидит, пока его бизнес монотонно разрушается.

Примеров тому масса. В разгар финансового кризиса число возбужденных уголовных дел по данной норме несколько возросло, и по достаточно банальным причинам. Предприниматели в погоне за ростом увеличивали активы, а следовательно, увеличивался и кредитный портфель. Все мы помним, как цена квадратного метра недвижимости росла как на дрожжах, и казалось, не возьмешь сейчас — не успеешь. Вот за этим занятием кризис всех и застал.

Все мы помним, как кредитовали бизнес банки: как правило, на взятые под более низкий процент кредиты в иностранных банках. Кризис в Европе повлек досрочный отзыв дешевых банковских кредитов у наших контрагентов, те в свою очередь стали требовать досрочного погашения у наших предпринимателей — собственников внезапно обесценившейся недвижимости. Итак, упала стоимость залогового имущества и правоприменителям показалось, что заемщики таким образом ввели в заблуждение добросовестных кредиторов. Дел по мошенничеству было возбуждено немало, и с учетом специфики нашей судебной системы многих признали виновными и осудили к реальным срокам лишения свободы. Так просто, вырвав из контекста определенную ситуацию, отношения в определенный отрезок времени, можно квалифицировать их как преступные. И хотя в подобной ситуации находились даже наши олигархи, степень ответственности была для каждого своя, однако находившаяся в прямой зависимости от административного ресурса.

Многое можно сказать в связи с этим и о проблемах, связанных с исполнением госконтрактов, где мошенничество расцвело пышным цветом. В этой области все организовано таким образом, что гораздо легче действовать по какой-нибудь коррупционной схеме, поскольку добросовестно исполнить условия контрактов бывает практически невозможно (хотя всем нам понятно, что и выиграть тендер постороннему нереально). Иностранные изготовители различного оборудования недоумевают, почему профильные ведомства сами не закупают нужное оборудование у изготовителей, а организуют тендеры среди поставщиков, то есть по сути посредников, увеличивая таким образом государственные расходы. "Свои" посредники, те, кто выигрывает госконтракты, имеют административный ресурс, но денежных средств в необходимом объеме, как правило, не имеют.

Как обычно исполняются госконтракты? Согласно договору 30% от стоимости предмета контракта переводится на счет поставщика в качестве предоплаты, затем он поставляет товар в полном объеме, подписывает акт выполненных работ с заказчиком и только потом получает оставшиеся 70%. В жизни все выглядит несколько иначе. Получив 30%, поставщик заказывает оборудование в полном объеме, но оплачивает и, соответственно, поставляет только его часть, затем по-свойски подписывает акт выполненных работ, получает оставшиеся денежные средства, оплачивает и поставляет основную часть товара. Мы все понимаем, что прибыль и так неплохая и никто не стремится недопоставить оборудование: завтра тоже будут контракты. Однако, если взять часть ситуации с начала и до момента подписания акта выполненных работ, получится классическое, доказанное мошенничество, и это действительно так.

Только бороться с этим надо, не столько сажая старающихся заработать поставщиков, сколько делая систему закупок более прозрачной. Ведь о том, что профилактика преступлений и создание условий, при которых их станет невыгодно совершать, гораздо важнее борьбы с преступностью, нам скажет каждый криминолог.

С учетом того что даже такая горячо любимая нашими правоприменителями норма, как мошенничество, вызывает так много вопросов, содержа возможности для тройного толкования, можно себе представить, как много проблем содержат в себе другие нормы. Здесь не обойтись одними казуистическими изменениями, защищающими права отдельной категории граждан, необходимо создание единых последовательных правовых механизмов, четких и понятных правил общего применения, закрепление так называемого принципа правовой определенности.

Источник: rbcdaily.ru