Задать вопрос



Заказать звонок


Если Вы оставили заявку на заказ звонка после 18:00, наши менеджеры свяжутся с Вами до 12:00 следующего рабочего дня.


Запись на прием



Уточнить цену



Написать руководству



Оставить предложение



Написать отзыв



Услуги для физических лиц

Услуги для юридических лиц

Если Вам необходимо решить какую-то юридическую проблему, то Вы можете отправить заявку прямо с нашего сайта и наш юрист обязательно перезвонит Вам в удобное для вас время
Если у Вас есть какой-то вопрос, касающийся юридических аспектов, то Вы всегда можете задать его нашему специалисту
Вы можете отправить любые предложения по работе сайта, адвокатов, времени работы офиса, мы всегда готовы их рассмотреть

Российским судам нужны независимость и возможность исполнять закон

Парадоксальная ситуация сложилась в отечественной судебной системе: сегодня несовершеннолетние имеют больше шансов попасть за решетку, нежели лица, неоднократно судимые, а за экономические преступления назначаются сроки большие, чем за убийства.

«Никому не нужны доказательства. Важны улики», — говорил один киногерой. Этого принципа следствие и суд придерживаются с большим энтузиазмом. В установлении же обстоятельств, освобождающих от уголовной ответственности, никто, как правило, не заинтересован. В результате на выходе, как выразился недавно Ходорковский, «всегда получается автомат Калашникова». Обычные люди, которым подчас просто не повезло оказаться в так называемой точке применения права, попадают за решетку. И мало кому из них удается реализовать свое конституционное право на защиту.

Приведу пару типичных и весьма показательных примеров того, как работает российская государственная правоохранительная машина. Жизнь больного, перенесшего тяжелую операцию, поддерживается искусственно. В какой-то момент в больнице заканчиваются необходимые препараты. Дни выходные. А речь между тем идет о жизни и смерти. И лечащий врач предлагает родственникам больного эти препараты купить самостоятельно. В итоге пациент идет на поправку, а правоохранительные органы возбуждают в отношении врача уголовное дело по трем статьям УК, посчитав его виновным в том, что вынудил родственников приобрести дорогостоящие лекарства за свой счет.

Еще пример: два школьника подрались, один другому порвал куртку. Тот обиделся и в качестве «моральной компенсации» забрал мобильный первого. Милицейский следователь возбудил дело по грабежу и задержал ребенка. И несмотря на то что родители ребят в ситуации разобрались и пришли к компромиссу, суд дал свое согласие на арест.

Подобные случаи можно вспоминать бесконечно долго, поскольку для государственной правоохранительной машины давно уже не нужны достаточные с точки зрения простой логики основания для возбуждения уголовного дела и применения мер процессуального принуждения.

Меж тем выпускать человека из-под стражи у нас не любят. Как показывает практика, должностные лица делают все, чтобы этого не произошло: согласно распоряжению руководства ГСУ ГУВД Москвы, постановления об изменении меры пресечения на более мягкую должны быть согласованы со всеми высшими чинами ГСУ ГУВД столицы.

Суды удовлетворяют практически каждое ходатайство органа предварительного расследования об аресте. Причем в подавляющем большинстве случаев это делается в нарушение действующего законодательства. То есть суды основываются не на фактических и проверенных в ходе судебного заседания обстоятельствах, как того требует УПК, а на формальных данных, указанных в соответствующем ходатайстве следователя. Практика такова, что вышестоящий суд подобные решения районного суда в подавляющем большинстве случаев оставляет в силе. Можно, конечно, надеяться на Верховный суд. Но до него пока дойдешь, человек успеет провести за решеткой месяцы, если не годы. С 1 мая мы лишаемся и этой возможности.

Еще одна большая проблема уголовного судопроизводства по-российски — это хроническое невнимание судей к аргументам защиты. Равенство прав участников процесса закреплено во всех законодательных актах, начиная с Конституции. Однако конституционные нормы не могут быть в полной мере реализованы из-за отсутствия механизма: суды сегодня не обязаны принимать и исследовать все доказательства. Качество следствия ухудшается, это признают и должностные лица. Об изложенном неоднократно говорила в своих интервью председатель Мосгорсуда Ольга Егорова, генеральный прокурор Юрий Чайка приводил конкретную статистику в своем недавнем докладе. То, что раньше именовалось планкой, стало плинтусом.

К слову, суд в случае необходимости вынесения оправдательного приговора поступает просто: выносит приговор обвинительный с назначением наказания в пределах отбытого. Человек, таким образом, после оглашения приговора выходит из-под стражи, и все вокруг считают, что ему несказанно повезло.

В настоящее время фактов произвола, незаконного привлечения к уголовной ответственности, допускаемых на разных стадиях судопроизводства, гораздо больше предельно допустимого количества. Это системные проблемы, требующие серьезных изменений. И чтобы ситуацию переломить, необходимы лишь две вещи: сделать суд реально независимым и дать судьям возможность исполнять законы.

Пока же суды вместо установления истины по делу занимаются только одним — выдерживают линию обвинения, принятую на стадии предварительного расследования. Проблемы уголовной юстиции — одна из основных претензий, предъявляемых России европейским сообществом, и пока мы ее не решим, к нам будут обоснованно относиться как к стране третьего мира. Страшно, что в условиях сокращения общей численности населения России тюремное население растет.

Источник: rbcdaily.ru