Задать вопрос



Заказать звонок


Если Вы оставили заявку на заказ звонка после 18:00, наши менеджеры свяжутся с Вами до 12:00 следующего рабочего дня.


Запись на прием



Уточнить цену



Написать руководству



Оставить предложение



Написать отзыв



Услуги для физических лиц

Услуги для юридических лиц

Если Вам необходимо решить какую-то юридическую проблему, то Вы можете отправить заявку прямо с нашего сайта и наш юрист обязательно перезвонит Вам в удобное для вас время
Если у Вас есть какой-то вопрос, касающийся юридических аспектов, то Вы всегда можете задать его нашему специалисту
Вы можете отправить любые предложения по работе сайта, адвокатов, времени работы офиса, мы всегда готовы их рассмотреть

Похороните меня за...

Федеральная антимонопольная служба (ФАС), уже не первый год продвигающая реформу сферы ритуальных услуг, выходит в этом на финишную прямую. Отрасль предлагается демонополизировать. Для бизнеса это — перераспределение финансовых потоков (больше миллиарда долларов в год), для потребителей — изменившиеся правила, включая появление частных кладбищ.

Агент позвонил через три минуты, приехал через пятнадцать, стоило только набрать 02, чтобы сообщить о смерти дома близкого человека, случившейся после тяжелой болезни. Молодой человек, живущий, как выяснилось, в нашем же округе Москвы, появился на пороге с приличествующим случаю выражением лица и тут же взял все в свои руки. Единственный, с кем пришлось общаться самим, — участковый. Визит в поликлинику, получение справки о смерти, затем поход в загс за свидетельством о смерти — все это заняло у агента не более двух часов плюс договоренности с теми, кто должен забрать тело, поездка на кладбище, всевозможные согласования и переговоры. Он же предложил каталог с ассортиментом гробов, вариантами оформления и регламента траурной церемонии. Оставалось только тыкать пальцем и соглашаться платить по обозначенным в каталоге ценам. Ну и что-то сверху, без квитанций — по тысяче рублей приехавшим за телом например. Об этом тоже предупредил агент. Ни в коем случае не вымогал, не настаивал, не требовал. Просто так принято. Обычно дают. Он как бы помогал нам освоиться в новой реальности. И о своем вознаграждении не говорил, заметив лишь, что после всего мы можем его отблагодарить, если, конечно, захотим. Все было тактично и эффективно. Даже когда выяснилось, что мы приехали на похороны без свидетельства о смерти, агент безропотно пошел договариваться с персоналом о переносе времени. Получилась похоронная служба одного окна — от милиции до транспорта, хотя представлял он только московское государственное унитарное предприятие (ГУП) "Ритуал".

"Ритуальные" танцы

ГУП "Ритуал" — монополист на столичном похоронном рынке, а еще старейшее и крупнейшее предприятие похоронной отрасли России. Несколько тысяч его сотрудников обслуживают 71 действующее в столице кладбище — то есть все, как вновь введенные с 1960-1990 гг., так и исторические, эксплуатируемые чуть ли не с 1300 г. Все они различны по площади — от 0,4 до 237 га, а общая площадь земель, на которых располагаются, превышает 1500 га. Предприятие находится в ведении департамента торговли и услуг Москвы. Именно по "Ритуалу", а также по разбросанным по всей стране ГУПам и МУПам (муниципальным унитарным предприятиям) готовится нанести удар ФАС. В самой ФАС предпочитают говорить не о противостоянии, а о совместных усилиях, но признают, что устоявшиеся игроки, особенно поначалу, от новых инициатив были "в обмороке". Впрочем, и сейчас не все так просто.

Показательна судьба официального запроса "Ко" об оценках степени криминализации рынка, сути предполагаемых изменений и их последствий в пресс-службу ГУП "Ритуал" и в курирующий его департамент торговли и услуг Москвы. В ГУПе сразу заявили, что ни слова не скажут без отмашки из департамента, а там сначала оказалось, что по официальному адресу канцелярии письма не доходят, попадая в спам. Но и потом, когда запрос все-таки дошел, был должным образом зарегистрирован и даже, как сообщили в пресс-службе, начальник департамента Алексей Немерюк "расписал все по замам", никакой информации чиновники так и не выдали, даже через положенное по закону время.

ФАС в этом смысле более открыта и даже приглашает журналистов на заседания рабочей группы, состоящей из представителей ведомства, отрасли, Минэкономразвития и Минрегионразвития, по согласованию предполагаемых поправок к действующему закону. "Антимонопольная служба в течение четырех лет проверила 2500 муниципальных районов и городских округов, и возбудили более 300 дел за незаконную передачу земли, полномочий. Мы увидели, что ситуация требует институциональных изменений, — заявил в интервью "Ко" начальник управления контроля социальной сферы и торговли ФАС Тимофей Нижегородцев. — Системная проблема в том, что общественные кладбища передавались в свое время специализированным похоронным организациям, поскольку у муниципалитетов зачастую нет желания заниматься похоронным делом, зато есть организации, которые им близки. Вместе с кладбищами передавалась и обязанность захоранивать людей по гарантированному перечню услуг. Одновременно передавались полномочия местных органов самоуправления. То есть эти структуры одновременно выделяют землю, следят за порядком, контролируют работу кладбищ и устанавливают порядок их работы, оказывают предпринимательские услуги по захоронению. Это приводит к тому, что для всех остальных участников рынка создаются зачастую невыносимые условия — доступ к кладбищу возможен только через эту структуру, а та устанавливает платеж, являющийся, по сути, административной рентой, или изгоняет конкурентов с кладбища. Из-за этого стоимость захоронения у нас достаточно высокая, сопоставимая с Восточной Европой, а по некоторым показателям — с западными странами. Но при этом такого же уровня обслуживания и такого же порядка у нас не наблюдается. Когда людям передаются полномочия на рынке, они их обналичивают, а качество не интересует вообще. Они торгуют полномочиями, а не услугами". Всего, по данным ФАС четырехлетней давности, треть из примерно тысячи компаний сегмента в России принадлежали государству, а в городах-миллионниках из 12 фирм, занимающих свыше 35% всего рынка, государственными были 11. "Да, — подтвердил "Ко" глава Корпорации руководителей похоронных предприятий Андрей Цветнов, — был монополизм. Это, конечно, плохо".

Мелкая рыбешка?

Игроки, не являющиеся ГУПами и МУПами, на рынке, безусловно, присутствуют. За ними — изготовление и продажа гробов, оград, оказание транспортных услуг, имеется даже частный крематорий, владелец которого гордится тем, что его предприятие помогло городу "сэкономить" немало дефицитной земли. Есть в этой сфере даже интернет-магазины. Они, правда, больше для оптовых продаж, а не для родственников умерших. "Ритуальные принадлежности, как правило, нужны человеку очень редко и очень быстро. Ждать, пока доставят товар, нет времени, — поясняет замдиректора созданной в 2007 г. фирмы "Ритуал-Пром" из Всеволожска Петр Бойцов. — Долгое время заказов через магазин почти не было. В 2007 г. — всего два. На следующий год — несколько десятков. А потом уже вышли на уровень в несколько сотен в год. Может показаться, что это немного. Так оно и есть, но для "ритуалки" это очень неплохой показатель".

Представить себе масштабы предпринимательской деятельности можно по количеству и профилю компаний, зарегистрированных только в одном каталоге ритуальных фирм. В нем числится 142 ритуальные службы, 380 фирм, предлагающих организацию поминальных трапез, 78 компаний, торгующих ритуальными товарами, 11 контор, обеспечивающих клиентов транспортом, в том числе, для перевозки тел умерших, причем не только по России, но и за рубежом, а также не только на катафалках, но и самолетом, и поездом и, наконец, 76 предприятий, занимающихся памятниками. Среди предлагаемой потребителям массы вариантов — в полном соответствии с законами маркетинга — круглосуточная бесплатная "горячая линия", похоронный пакет "все включено" за 9070 руб. и, например, пакеты "эконом", "стандарт" и "элитный" (от 8500 до 50 000 руб. и более).

Впрочем, это многообразие в его нынешнем виде не особо радует ни отраслевиков, ни, собственно, ратующую за конкуренцию ФАС. "Сейчас этот рынок состоит из огромного числа людей, которые пришли на него совершенно случайно и в любой момент могут бросить своего клиента, взяв предварительно деньги", — констатирует Тимофей Нижегородцев. "Сегодня заняться этим бизнесом может практически любой, — возмущается Андрей Цветнов. — По принципу "у меня есть лопата". А на самом деле сидит в подвальном помещении — ни сервиса, ни базы". "Расцвели многие малые частные компании с одной "Газелью"-катафалком и множество агентов, которые вылавливают заказы у моргов, подкупают милицию, врачей, медсестер, выписывающих справки о смерти", — сокрушается владелец частного крематория в Новосибирске Сергей Якушин.

До 2002 г. в этом сегменте действовал механизм лицензирования, отмененный по предложению Минэкономразвития как бесполезный в российской реальности: лицензии покупались, а о контроле качества и соблюдении стандартов речь никоим образом не шла. Своими поправками ФАС пытается обосновать и ввести эффективный механизм саморегулирования на похоронном рынке на основе саморегулируемых организаций (СРО). "Генералы" отрасли в принципе не против, но сильно сомневаются. "ФАС считает, что создание СРО в сфере похоронного дела должно произойти стихийно в каждом регионе, и они должны взять на себя ответственность за добросовестное поведение участников рынка и качество оказываемых услуг, — сказал "Ко" глава Союза похоронных организаций и крематориев Павел Кодыш. — Но для того, чтобы создать эти СРО, нужны единые стандарты и правила, утвержденные на государственном уровне. На сегодняшний день все это отсутствует".

На кормление

Главный актив ГУПов и МУПов — собственно территория погоста и переданные полномочия. "Мы почему спорим с Союзом похоронных организаций и крематориев? — рассуждает Тимофей Нижегородцев. — Сейчас более половины членов союза — МУПы и ГУПы, которые владеют бесплатно общественными землями и берут плату за семейные захоронения, подзахоронения, изменения надгробных сооружений, оградки, за любой шаг на кладбище. То есть они общественные кладбища превращают в коммерческие и при этом не несут никакой ответственности. А другие участники рынка вынуждены действовать через них".

В свою очередь гендиректор ГУП "Ритуал" Александр Егоров отметил, что его предприятие "в настоящее время не зарабатывает на платных услугах по захоронению и кремации. Весной этого года впервые с 2007 г. были подняты цены на платные услуги предприятия. Так, кремация умершего сейчас обходится в 3400 руб., рытье могилы — в 9070 руб. Произошел рост на основные виды платных услуг. Платные услуги ничем не регламентируются и не являются защищенными статьями. Как коммерческое предприятие, мы вправе устанавливать цены сами. ГУП "Ритуал" в течение долгого времени несло убытки по ряду услуг. Мы подняли цены до себестоимости, но не зарабатываем на этих услугах. Среднее повышение на кремацию составило 30%, на рытье могил — около 24%".

Между тем на служебных автостоянках у московских кладбищенских контор можно увидеть машины сотрудников — все больше Audi и дорогие внедорожники. Возможно, заработать удается не столько на захоронениях, сколько на чем-то другом?

Похоронив близкого человека, попадаешь едва ли не в феодальную зависимость от распоряжающейся землей администрации кладбища и продолжаешь ей платить — за изготовление и установку ограды и памятника, потом — при необходимости — за их перенос или замену. Конечно, ограду и памятник можно заказать в другой фирме, не связанной с ГУПом. Мы, кстати, так и сделали, и, когда нам все привезли и стали устанавливать, рабочие не преминули рассказать, что местные их не любят. Выражается это и в трудностях общения, и вполне практически. Мол, после установки "чужой" ограды смотрители начинают с точностью до миллиметра измерять ее длину и при малейшем несоответствии требуют от родственников все снести и сделать по правилам. "Чужие" памятники таким же манером объявляются неправильно установленными, с теми же последствиями, а то ведь и упасть могут! Понятно, что стоить "авторизованный" памятник при прочих равных условиях будет вдвое дороже.

Кстати, платить приходится даже "за передвижение транспорта по территории кладбища". Здесь привлекает внимание не только изобретательность тех, кто придумал такую статью доходов, но и то, что к моменту оплаты машина с нашим, например, памятником уже была на территории кладбища, причем в ней находилось еще 3-4 памятника для других заказчиков, каждый из которых, очевидно, выложил свои 350 руб. То есть машина одна, а сбор с нее (через кассу, с квитанцией!) — многократный.

Занимательно также анализировать выложенные на сайте ГУП "Ритуал" сведения о заключенных ГУПом по итогам тендеров договорах о закупках. Например, только за один месяц, июнь 2012 г.: рейки деревянные — 3 608 625 руб., ткань для драпировки могил 3 635 800 руб., лапник — 10 394 324 руб., рушники погребальные — 12 003 440 руб., хозяйственный инвентарь — 2 570 470 руб. Названия компаний, выигравших тендер, на сайте не сообщаются.

Покончить с монополизмом в похоронном деле и двойственным положением ГУПов и МУПов как госпредприятий на госземле, занимающихся коммерческой деятельностью, ФАС намерена просто. "Мы разделяем услуги по обслуживанию кладбища и похоронные услуги. Организация, занимающаяся похоронными услугами, не может обслуживать кладбища. Мы уточняем полномочия местных органов самоуправления, — отмечает Тимофей Нижегородцев. — В действующем законе написано, что местные органы обязаны организовать похоронное дело. И они говорят, что организовали, передав полномочия и кладбищенские земли ГУПам. В то же время Высший арбитражный суд (ВАС) указал, что местные органы не имеют права передавать свои полномочия и общественные земли. Сейчас в проекте закона мы решение ВАС представляем в виде конкретных норм в законодательстве. И добавляем туда другие, на первый взгляд второстепенные, но в реальной жизни очень важные детали, которые позволяют и органам местного самоуправления, и участникам рынка точно представлять пределы полномочий, обязанности органов местного самоуправления. Это создает здоровую правовую среду, чтобы все участники рынка находились в равных условиях, чтобы обеспечить недискриминационный доступ к инфраструктуре кладбищ тех независимых компаний, чтобы убрать административную ренту, которую платили все граждане". Все вроде грамотно. Вот только один вопрос: что помешает ГУПам и МУПам с урезанными полномочиями создать по видимости не связанные с ними коммерческие предприятия по оказанию услуг, от которых их отстранят? Как отмечает Андрей Цветнов, надо же учитывать менталитет.

"Бардак и большой взрыв"

Один из самых спорных пунктов реформы — частные кладбища, которые могут в результате появиться в России (по прогнозам, не ранее 2015 г.). Это пугает людей, но, как считают в ФАС, оснований для беспокойства нет. Частные кладбища попросту зафиксируют и без того сформировавшийся статус-кво, выведя ситуацию из серой зоны в белую. "Мы выступаем за то, чтобы на общественных кладбищах предоставление земли осуществлялось на бесплатной основе, чтобы земля не являлась предметом гражданско-правовых отношений. Но у нас много людей, которые имеют деньги, и коррупционное давление обеспеченных граждан на муниципальные власти никуда не девается. Они хотят получить услуги более высокого уровня и качества, более большие земельные участки под семейные захоронения. Сейчас все это решается через полулегальные механизмы. При этом люди вынуждены что-то там из рук в руки передавать и не иметь при этом никаких гарантий", — подчеркивает Тимофей Нижегородцев. Как рассказал один из представителей отрасли, в его городе даже вынуждены были ввести ограничения на захоронения представителей одной диаспоры: родственники "всеми правдами и неправдами уговаривали" власти предоставить им участки метров по шестьдесят, а то и больше.

Собственно, уже сегодня многие считают участок на кладбище частной собственностью и даже ухитряются его продать, что незаконно. Как следует из информации от августа 2008 г. на том же сайте того же ГУП "Ритуал", "в Москве последние 10 лет орудуют организованные группы мошенников, обманным путем выманивающие крупные суммы денег у доверчивых покупателей захоронений на московских и подмосковных кладбищах. Особую активность они стали проявлять с 2006 года, когда произошло слияние разрозненных и малосвязанных друг с другом мошенников в 3-4 крупные организованные группы, общая численность которых варьируется от 35 до 50 человек. Служба экономической безопасности ГУП "Ритуал" при помощи МВД проводит соответствующие мероприятия по организованным группам мошенников, однако раскрывать какие-либо детали и сведения пока преждевременно". Закончились ли "соответствующие мероприятия" и чем, на сайте не сообщается.

Собственно, уже сегодня многие считают участок на кладбище частной собственностью и даже ухитряются его продать, что незаконно. Как следует из информации от августа 2008 г. на том же сайте того же ГУП "Ритуал", "в Москве последние 10 лет орудуют организованные группы мошенников, обманным путем выманивающие крупные суммы денег у доверчивых покупателей захоронений на московских и подмосковных кладбищах. Особую активность они стали проявлять с 2006 года, когда произошло слияние разрозненных и малосвязанных друг с другом мошенников в 3-4 крупные организованные группы, общая численность которых варьируется от 35 до 50 человек. Служба экономической безопасности ГУП "Ритуал" при помощи МВД проводит соответствующие мероприятия по организованным группам мошенников, однако раскрывать какие-либо детали и сведения пока преждевременно". Закончились ли "соответствующие мероприятия" и чем, на сайте не сообщается.

Что такое частные кладбища в интерпретации ФАС? Во-первых, они для крупных городов, где есть платежеспособный спрос. "Появились обеспеченные люди. Они хотят получить услугу и платить за нее. Сегодня этот спрос упирается в то, что у нас нет предпринимательской инициативы, освобожденной от коррупционного взаимодействия. Не разрешены сейчас негосударственные кладбища. И потому этот спрос реализуется через общественные кладбища и удовлетворяется за счет людей, у которых не так много денег. Надо развести эти два потока", — объясняет Тимофей Нижегородцев. Во-вторых, частные кладбища — это на самом деле участки, сдаваемые государством частнику в аренду на 49 лет и на возмездной основе. В-третьих, частные кладбища ни в коей мере не отменяют общественных.

"Союз похоронных организаций и крематориев против создания частных кладбищ, — прокомментировал "Ко" этот пункт реформы Павел Кодыш. — Обсуждение вопроса в Интернете показывает, что похоронные сообщества в основном против создания частных кладбищ, так как время для их создания неактуально, а идея вызывает раздражение большей части общества, которое считает, что создание данных кладбищ предназначено только для богатых". Андрей Цветнов формулирует эту же мысль резче: "Будет бардак и большой взрыв". И добавляет: "Все дело в желании ФАС показать: вот какие они хорошие, вот какая у них конкуренция. Говорят, не понимая, о чем говорят. Дело ФАС — законы не писать, а проверять на соответствие конкурентной политике".

С этим можно соглашаться или нет. Но легко представить себе ситуацию, при которой недобросовестный арендатор "заселит" кладбище, получит деньги и исчезнет, оставив муниципалитет разгребать свое наследство и свои обязательства. В ФАС подобное развитие событий не исключают, но уповают на то, что после заполнения арендованного участка захоронениями (для родственников умерших это будет уже субаренда) бизнесмены заинтересуются зарабатыванием денег на его содержании.

Поправки ФАС предполагают также защиту сведений о случаях смерти, то есть пресечение практики, которую иногда цинично, но точно называют продажей или обилечиванием покойников. Счет только выявленных фактов такого "слива" информации идет на тысячи, но можно смело сказать, что это даже не капля, а микрокапля в море. "Похоронные организации, чтобы выиграть конкурентную борьбу, покупают сотрудников соответствующих служб, чтобы те в первую очередь им сообщали о смерти, паспортные данные погибшего, место жительства и т.д. Родственники еще не знают, что человек умер, разбился, а к ним уже стучится похоронный агент. В проекте закона установлено требование к государственным служащим: они не могут передавать такие сведения. Гражданин, узнавший о смерти родственника, должен обратиться по "горячей линии", организованной местными органами, в колл-центр. Ему будет предложен весь список саморегулирующихся организаций, которые работают на этой территории, и дальше он выбирает самостоятельно", — поясняет Тимофей Нижегородцев.

Обсуждение поправок продолжается, против предложений ФАС выступают не только игроки отрасли, но и — по своим соображениям — Минэкономразвития с Минрегионразвития. Но очень похоже на то, что, так или иначе, поправки будут приняты и нам пора к ним готовиться. Пока процесс выбора поставщика похоронных услуг в состоянии едва ли не самого большого в жизни стресса по звонку в колл-центр представляется с трудом. Поэтому живите дольше — не ставьте родных и близких в трудное положение.

Нужны ли в России частные кладбища?

Алексей Захаров, президент портала Superjob.ru:

"Нужны, наверное, почему нет? Современное кладбище и так функционирует как коммерческое предприятие. Есть прецеденты в Европе, поэтому ничего удивительного, если такие кладбища появятся и у нас. Сейчас государство в определенной мере компенсирует расходы на похороны, но при этом существует множество платных услуг, так что по факту все кладбища — частные".

Александр Викулин, генеральный директор Национального бюро кредитных историй:

"Практика показывает, что вхождение в любую деятельность частного бизнеса благотворно сказывается на качестве предоставляемых услуг. В данном случае тем не менее нужно быть очень осторожным, так как захоронение на частном кладбище не должно пострадать в случае банкротства частника даже через 20 или 50-100 лет. Пока российский бизнес на таких сроках не показывал стабильности".

Иван Андриевский, управляющий партнер "2К Аудит — Деловые консультации":

"Наверное, да. В Москве похоронить человека достойно — сложно и затратно. И большинство расходов — неучтенные. Кроме того, на государственных кладбищах уход за могилами не очень хороший, и их, бывают, обкрадывают. Думаю, достаточно много людей захотели бы платить около $2000 в год за хороший уход за могилами родных".

Евгений Коган, президент инвестгруппы "Московские партнеры":

"Частные кладбища стоило бы ввести. Кладбищенский бизнес настолько не отрегулирован и "своеобразен", что даже за деньги не всегда можно получить нужный уровень услуг. А есть люди, которые готовы за него платить. Но в этом бизнесе масса этических моментов. Поэтому желающим заняться кладбищенским бизнесом надо очень хорошо подумать".

Константин Трапаидзе, председатель коллегии адвокатов "Вашъ юридический поверенный":

"Я думаю, что создание частных кладбищ как альтернативы муниципальным, возможно, оправданно. Единственная проблема в том, каким образом будет решаться вопрос в случае банкротства собственника и кому станет принадлежать земля? Если земля для могил будет продаваться физическим лицам, а не оставаться в собственности владельцев кладбища, тогда ничего страшного. В ином случае можно столкнуться с тем, что новый владелец попросит перезахоронить умерших. Таким образом, эта инициатива имеет смысл, только если будет создан механизм обременения или собственности, как показывает практика, на срок около 75-100 лет (не менее)".

Сергей Пятенко, директор Экономико-правовой школы ФБК:

"Вообще, есть расхожий афоризм: "Все, что ни делает государство, бизнес может сделать лучше". Принципиально ничего невозможного здесь нет, но едва ли этот бизнес быстро распространится. Здесь большая психологическая инерция: люди долго будут привыкать к мысли, что существуют частные кладбища".

Дмитрий Потапенко, управляющий партнер Management Development Group:

"Нет, этот бизнес не приживется, так как есть государственная монополия. Частные кладбища нужны, но работать им не дадут".

Андрей Палютин, управляющий партнер Radix-and-Partners:

"Конечно, частные кладбища нужны. Чем больше частного бизнеса, тем лучше. Непонятно, почему у государства монополия — его роль в этом бизнесе должна быть регулирующая, например лицензировать такой бизнес во избежание недоразумений".

Источник: ko.ru