Задать вопрос



Заказать звонок


Если Вы оставили заявку на заказ звонка после 18:00, наши менеджеры свяжутся с Вами до 12:00 следующего рабочего дня.


Запись на прием



Уточнить цену



Написать руководству



Оставить предложение



Написать отзыв



Услуги для физических лиц

Услуги для юридических лиц

Если Вам необходимо решить какую-то юридическую проблему, то Вы можете отправить заявку прямо с нашего сайта и наш юрист обязательно перезвонит Вам в удобное для вас время
Если у Вас есть какой-то вопрос, касающийся юридических аспектов, то Вы всегда можете задать его нашему специалисту
Вы можете отправить любые предложения по работе сайта, адвокатов, времени работы офиса, мы всегда готовы их рассмотреть

Страшные кредитные истории

Мила Кретова

Опасности, поджидающие бизнесменов в банках.

Развитие хоть сколько-нибудь значительного бизнеса без кредитования невозможно. Для инвестирования в дело предприниматели берут деньги в банках, и с этого момента начинается их кредитная история.

Собственно, первая глава этой истории — процесс получения средств. По оценкам экспертов, получить финансирование в России сейчас проще, чем в Европе. "Процедура кредитования в Европе значительно усложнилась в связи с проблемами европейских банков, — отмечает партнер UFG Wealth Management Дмитрий Кленов. — В России ситуация с кредитованием легче, кроме того, получить кредиты крупному бизнесу значительно проще, чем малому". Однако использование банковских кредитов может быть сопряжено с опасностями и побочными издержками. О некоторых из них становится известно благодаря заведенным уголовным делам.

Продажные деньги

Первое, с чем может столкнуться предприниматель в банке, — это с требованием "отката" за предоставленный кредит. Правда, проблема эта подспудная — достоверная информация о ней всплывает гораздо реже, чем о взятках чиновникам. "Обращений по поводу "откатов" за кредит к нам в центр "Бизнес против коррупции" не поступает, — рассказывает советник председателя московского городского отдела "Деловой России" Владимир Васильев. — Эта проблема существует, и это очень серьезная болячка. Излечить ее, вероятно, непросто. У бизнесменов практически отсутствует для этого мотивация".

О масштабах явления можно судить по некоторым откровенным признаниям, вырывающимся у участников рынка. В 2009 г. большой резонанс вызвали слова управляющего партнера Management Development Group Inc. Дмитрия Потапенко, публично сказавшего: "Можно считать нормальным выдачу кредитов под 25% плюс 1,5% "отката" предправления банка". В прошлом году СМИ опубликовали анонимное высказывание сотрудника одного из петербургских банков, заявившего: "Есть компании, которые не дотягивают до всех условий банка — слабая отчетность или не хватает обеспечения, но им нужны деньги, и они стали чаще предлагать "откаты" за кредиты". При этом на "откат" может уйти до 5-15% от суммы кредита и 1-3%, если речь идет о крупном займе (свыше 1 млрд руб.).

Ну и, наконец, в этом году с предельной откровенностью высказалась супруга экс-мэра Москвы Елена Батурина: "В некоторых банках "откаты" от кредитов достигают 20-25%... И это не коммерческие банки, как вы понимаете".

Уголовные дела подтверждают, что это не пустые слова. При этом коррупция перешагнула государственные границы. В начале августа стало известно, что следователи Следственного департамента МВД РФ получили разрешение на проведение в Лондоне допросов руководящих сотрудников Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) в рамках расследования дела об "откатах" за получение кредитов. По делу проходит бывший член совета директоров банка россиянка Елена Котова.

В прошлом году управляющий одного из дополнительных офисов томского филиала ОАО "МДМ Банк" задержан в момент получения 125 000 руб. за гарантию в выдаче кредита в размере 2,5 млн руб. "Преступные действия были выявлены службой безопасности банка, и затем в сотрудничестве с правоохранительными органами проведено задержание, — рассказали "Ко" в пресс-службе банка. — Уголовное дело в отношении бывшего сотрудника возбуждено по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 204 Уголовного кодекса РФ (незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, денег за совершение действий в интересах дающего в связи с занимаемым этим лицом служебным положением). Согласно решению суда бывший сотрудник получил наказание в виде лишения свободы на два года условно".

В 2010 г. СМИ заинтересовались деятельностью заместителя председателя правления Российского банка развития (РосБР) Олеси Теплоуховой. Госпожу Теплоухову пресса обвинила в самовольном снижении кредитной ставки, согласованной банком, и в присвоении себе разницы. "Вместо согласованных банком 13-14% она оформляла кредиты под 11%. Угадайте, в чьем кармане оседала разница? Недаром Теплоухова в бизнес-кругах получила прозвище Леди — Полтора Процента" — пишет портал Compromat.ru. Однако журналистские расследования службу безопасности банка, похоже, не заинтересовали: Олеся Теплоухова на данный момент продолжает занимать должность заместителя председателя правления в РосБР.

"Улучшить ситуацию самим банкам тяжело, — констатирует адвокат консалтинговой компании "Лигерион групп" Ксения Гагаева. — В тех случаях, когда сотрудники банка самого разного уровня действуют таким образом, чтобы и самим получить соответствующую часть денежных средств, они, как правило, прекрасно отдают себе отчет в том, что забирают деньги своего же родного банка. Получить "откат" по неосторожности вряд ли представляется возможным".

"Как быть у колодца и не напиться? — комментирует повсеместность "откатов" президент консалтинговой группы "Старая площадь" Светлана Колосова. — И с точки зрения психологической составляющей бизнеса, и с точки зрения финансовой и юридической составляющей нам срочно нужно искать лекарство от коррупции. Важно, чтобы в сознании была установка зарабатывать, а не воровать. Все должно быть максимально прозрачным. При кредитовании в банке должно быть как можно меньше личного контакта и как можно больше технологий. А еще прозрачная и понятная документация и для кредитов, и для тендеров".

Монстры против пришельцев

"Откат" бизнес не убивает, поэтому для предпринимателей куда опаснее не первая, а последняя глава истории — взыскание кредитных денег. Нередко трудности с возвратом взятого могут означать для должника уголовное дело и даже тюрьму. Более того, иногда скандалы с банками характеризуются пострадавшими как рейдерский захват, который может быть организован как структурами банка-кредитора, так и сторонними интересантами. Банковский кредит при этом становится поводом для возбуждения уголовных дел и отъема имущества. "Часто наши банки требуют досрочного погашения, ссылаясь на изменение рыночной цены залога, даже если кредит обслуживается, — подчеркивает председатель коллегии адвокатов "Вашъ юридический поверенный" Константин Трапаидзе. — Также это один из методов захвата собственности".

Схема рейдерского захвата достаточно проста. Сначала предприятие получает крупный кредит. "Скорее всего, даже без "отката", — замечает Владимир Васильев. — Зачем сразу пугать заемщика?" Потом происходит смена собственников предприятия, как правило, против старых владельцев заводится уголовное дело с привлечением "прикормленных" следователей, прокуроров и судей. В реестре принятых к рассмотрению дел Центра общественных процедур "Бизнес против коррупции" (ЦОП БПК) общероссийской общественной организации "Деловая Россия" более сотни подобных дел. В их числе и те, которые бросают тень на крупные госбанки. Предприниматель Гиви Кипиани являлся совладельцем целого ряда продовольственных компаний, и среди них ООО "ЮРПК". В мае 2006 г. Воронежским отделением Сбербанка РФ были уступлены права требования по якобы выданному ООО "ЮРПК" поручительству по кредитному договору между Сбербанком и ООО "Колос-Дон". Позднее экспертиза признала этот договор подложным. Параллельно Арбитражным судом Воронежа была инициирована процедура упрощенного банкротства. В результате процедуры в кратчайшие сроки был арестован, а затем продан по заниженной цене принадлежавший ООО "ЮРПК" имущественный комплекс Миллеровского комбината. Из-за спешки с проведением торгов в список реализуемого имущества, принадлежащего ООО "ЮРПК", было незаконно включено также движимое имущество сторонних юридических лиц.

Господин Кипиани во время захвата имущества удерживался под стражей по обвинению в незаконном получении не возвращенного в срок кредита в качестве "фактического руководителя" компаний. Однако формально Гиви Кипиани в них не работал, а лишь являлся владельцем долей в уставном капитале.

В общественном совете ЦОП БПК рейдерскую составляющую дела Кипиани признали и постановили направить адресные письма главе Сбербанка и руководителю Федеральной налоговой службы РФ с просьбой провести служебную проверку. В пресс-службе Сбербанка о данной ситуации смогли сообщить лишь то, что "ООО "ЮРПК" является добросовестным, стабильным заемщиком Сбербанка".

В августе на действия Сбербанка пожаловался "Энергомаш", против дочерних предприятий которого были возбуждены уголовные дела по факту преднамеренного банкротства. По версии следствия, инициатором которого выступил Сбербанк, топ-менеджеры компании в 2009-2010 гг. умышленно привели к задолженности акционерное общество "УЭТМ-УГМ" на сумму более 1,8 млрд руб. Удивление СМИ вызвала скорость раскрытия этого дела. Почти сразу после возбуждения дела следователям удалось установить, что активы выводились в интересах подконтрольных топ-управленцам компаний — ЗАО "Энергомаш (Сысерть) — Уралгидромаш" и ЗАО "Энергомаш (Екатеринбург) — Уралэлектромаш". Более того, по мнению правоохранителей, топ-менеджмент от лица "УЭТМ-УГМ" выдавал беспроцентные кредиты дочерним структурам группы компаний.

Некоторые наблюдатели считают, что корни конфликта надо искать в 2004 г., когда "Энергомаш" взялся за крайне прибыльный проект — производство 120 блоков для газотурбинных ТЭЦ. В расчете на будущую прибыль он договорился со Сбербанком о кредите на сумму в 30 млрд руб. Вплоть до кризиса компания кредит постепенно возвращала. Но в 2008 г. "Энергомаш" пострадал от кризиса, а в 2009 г. Сбербанк решил пересмотреть условия кредита. При этом банк создал ОАО "Группа "Энергетическое машиностроение" (ГЭМ) и потребовал от хозяина "Энергомаша" Александра Степанова перевести туда часть его активов в счет части невыплаченного долга на сумму 7 млрд руб. По версии "Энергомаша", Степанов собирался перекредитоваться в других банках, но не успел: глава Сбербанка Герман Греф обратился за помощью к генеральному прокурору Юрию Чайке — и Степанов оказался за решеткой.

Любопытно, но именно "Сбер" наиболее часто оказывается в центре рейдерских скандалов. "Сбербанк является крупнейшим кредитором российской экономики — нет ничего удивительного в том, что Сбербанку чаще других кредитных организаций приходится сталкиваться с недобросовестными заемщиками. Вместе с тем, Сбербанк всегда действовал и действует в рамках правового поля", — прокомментировали нападки в пресс-службе "Сберба".

"По закону банк может получить имущество заемщика, если оно находится в залоге у банка, что является общей практикой, — поясняет Дмитрий Кленов. — Заемщик объявляет дефолт по своим обязательствам или происходит так называемый margin call, когда стоимость залогового актива падает и перестает покрывать кредит. Случаев, когда банк забирает себе непрофильный актив, множество как у нас, так и в Европе". Но и законные действия кредиторов и заемщиков иногда выливаются в проблемы благодаря несовершенству российского законодательства.

Судьба поручителя

Даже безупречно составленные юристами кредитные договоры и взаимно честные отношения кредитора и должника не всегда являются гарантией от неприятных сюрпризов. Так, ЗАО "СПКБ Техно" несколько десятков лет работавшее на отечественном кабельном рынке, попало в абсурдную, по сути, ситуацию. В 2007-2008 гг. руководство предприятия приняло решение о масштабном технологическом переоборудовании производства, для чего в Сбербанке был взят кредит на общую сумму 170 млн руб. Дополнительно в качестве обеспечительных мер по возврату денежных средств были заключены договоры залога всего недвижимого имущества предприятия, а также договоры поручительства с двумя основными учредителями общества.

В 2008 г. случился кризис, и ЗАО "СПКБ Техно" с долгами и еще не полностью поставленным и смонтированным оборудованием оказалось не в состоянии исполнять свои обязательства перед кредиторами.

В начале 2010 г. в отношении предприятия возбудили процедуру банкротства, которая в ноябре 2011 г. в ходе конкурсного производства завершилась подписанием мирового соглашения между должником ЗАО "СПКБ Техно" и кредиторами. Последние предоставили предприятию рассрочку на пять лет, а предприятие обязалось выплатить всю существующую задолженность. Сегодня компания стабильно работает и отдает долги. Казалось бы, вот он, хеппи-энд, но не тут-то было. Дело в том, что в 2010 г. кредитор — Сбербанк — параллельно с подачей заявления в арбитражный суд о включении требований в реестр кредиторов подал иск в один из районных судов города Москвы к двум поручителям — руководителям предприятия — о взыскании задолженности по кредитным договорам в сумме 140 млн руб. Суд общей юрисдикции иск удовлетворил.

Неудивительно, что исполнить решение суда добровольно и вернуть банку 140 млн руб. поручители не смогли. Таким образом, их личный долг перед банком по договорам поручительства не погашен, исполнительное производство не окончено, исполнительные действия и меры принудительного исполнения продолжают совершаться. При этом Сбербанк, фактически изменив условия возврата кредитов с основным заемщиком, не совершает каких-либо действий по внесению соответствующих изменений в обязательства поручителей, которые в настоящий момент контролируются службой судебных приставов-исполнителей. Более этого, в связи с неисполнением в добровольном порядке решения суда каждый поручитель по окончании исполнительного производства должен уплатить исполнительский сбор, составляющий около 10 млн руб. с каждого должника. Пусть рассрочка предприятию по возврату кредиторской задолженности предоставлена на пять лет, но, если поручителям удастся договориться с банком и забрать исполнительный лист по заявлению взыскателя, исполнительский сбор они должны будут заплатить сразу по окончании основного исполнительного производства.

"По закону все правильно, — комментирует ситуацию генеральный директор правового центра "Юстиц-бюро"" Александр Арзамасов. — Договор поручительства порождает у поручителя самостоятельные долговые обязательства перед кредитором, подлежащие исполнению после предъявления соответствующего требования. Сложность рассматриваемой ситуации состоит в том, что по обоим договорам — по кредитному и по поручительству — есть независимые судебные акты, вступившие в законную силу. Соответственно изменение условий кредитного договора по мировому соглашению и улучшение положения заемщика в виде предоставления рассрочки по уплате долга в данной ситуации не означают автоматическое аналогичное изменение сроков по исполнению долговых обязательств поручителя. Вторая проблема, возникшая перед поручителями, это уплата исполнительского сбора. К сожалению, действующий закон "Об исполнительном производстве" не позволяет суду снизить размер исполнительского сбора более чем на одну четверть, в то время, как до 2008 г. существовала распространенная судебная практика об уменьшении исполнительного сбора без ограничений". Вроде бы и все по закону, и кредит выплачивается, но владельцам предприятия от этого пока не легче.

Подозрительная дешевизна

Взыскание долгов связано с еще одним "букетом" злоупотреблений — манипуляциями с оценкой стоимости заложенного имущества. Примером может служить случай, произошедший с Аланом Кусовым, московским предпринимателем, занимавшимся производством и импортом кофе. Десять лет назад бизнесмен взял в банке (по некоторым данным, речь снова идет о "Сбере") кредит на $202 000 под залог квартиры, оцененной тогда в $206 000. Но в 2008 г. выплачивать кредит Кусов уже не смог. По его словам, из-за захвата бизнеса рейдерами. "Я сужусь с рейдерами четвертый год, не сомневаюсь, что выиграю дело и верну свою фирму и соответственно окончательно расплачусь с долгами. Я сразу же написал в банк письмо о том, что попал в беду, что захвачен мой источник дохода, что по этой причине прошу отсрочки платежа. Но со стороны банка тон разговора кардинально изменился: мол, это ваши проблемы", — рассказал Алан Кусов.

В конце концов, по закону банк имел полное право действовать жестко и беспощадно, так что на квартиру наложили взыскание. Вопрос, однако, в том, как именно ее продавать. Хотя 80% долга уже было выплачено, начался процесс продажи квартиры в 120 кв. м на Ленинградском шоссе. Алан Кусов обратился в суд, и судья посоветовал провести переоценку жилья (оно за годы подорожало в несколько раз), предоставив документы судебным приставам. Предприниматель так и сделал, рассчитывая, что на разницу между новой ценой и оставшейся суммой долга вполне можно обзавестись новым жилищем. Однако в скором времени домой к семье бизнесмена пришли риелторы и рассказали, что квартира, оказывается, уже продана, а предоставленные должником документы по переоценке где-то затерялись. Удивительно, но квартиру, по новой оценке, стоившую $934 000, продали как раз за те самые $206 000, причем ажиотажа столь невиданная щедрость почему-то не вызвала — покупателей было всего два, один из которых быстро ретировался.

По словам экспертов, приставы просто "забывают" информировать должника о каждом своем действии, хотя обязаны это делать по закону, после чего происходит "замыливание" торгов, когда никто не знает (кроме "нужных" людей) о дате, времени и месте их проведения. Должник находится в полном неведении, где, кто и как будет продавать его имущество.

Конечно, без банковского кредита бизнесу обойтись сложно. Но, как и везде в России, здесь стоит проявлять сугубую осторожность. Порой это буквально "опасно для жизни".

Источник: ko.ru